Воздушный стрелок - Страница 14


К оглавлению

14

— Прочитаете – поймете. Разберетесь, найдите меня. Поговорим… — Сухо кивнув, я оставил девчонок знакомиться с текстом, а сам ринулся на поиски деда. У меня было о чем поговорить со старым хрычом, и сделать это надо было побыстрее. Нужно срочно его переубедить.

* * *

То, что Георгий Дмитриевич увидел на записях наблюдательной сети, немало удивило и… порадовало старого боярина. Странная, неудобная для одаренных техника, продемонстрированная младшим отпрыском семьи Громовых, четырнадцатилетним мальчишкой, которому о ступени не то что "гридня", но даже "воя" мечтать не приходится, заставила патриарха рода сначала неопределенно хмыкнуть, а потом…

— Ах ты ж! Вот, стервец! — Старик восторженно хлопнул ладонями по подлокотникам кресла и гулко, зло расхохотался. — Освоил всё же батькину задумку… ну, постреленок. И ведь ни слова никому не сказал. Будет, будет толк… Вова!

— Да, Георгий Дмитриевич, — возникший за плечом боярина, Гдовицкой настороженно глянул на экран, где в повторе крутилась короткая запись боя Кирилла с двоюродными сестрами и, вздрогнув, перевел взгляд на хозяина поместья. — Да не дергайся ты так. Ничего ему не будет. Глянь, эка… что творит, что творит. Раз, два и по кучкам… новик воев по кучкам, ха! Знал, что он так может?

— Никто не знал, — покачал головой Владимир Александрович.

— Добро. Верю. Хорошо скрывался… "мелкий". — Довольно усмехнулся боярин. — А теперь, значит, открылся. С чего бы вдруг? Задумал что-то… Ничего необычного за ним не замечали, после медблока?

— Есть информация, что младший Громов активно штудирует юридическую литературу. Больше всего времени было уделено разделу об эмансипации, — тут же подал голос, сидящий за вычислителем охранник… ну, если это глистообразное нечто в очках-иллюминаторах, чудно сочетающихся с мешковатой формой, можно назвать охранником…

Гдовицкой зло зыркнул на влезшего не в свои дела подчиненного, чего тот не заметил, а потом Владимиру Александровичу пришлось уделить внимание вновь заговорившему хозяину поместья.

— Во-от оно что… Так, это значит, надо понимать так, что Кирюша решил начать доказывать свою самостоятельность. М-да. И ведь, наверняка, браслет всё для Совета фиксирует.

— Никак нет, — опять вылез поперед начальства всё тот же "охранник", так и брызжа желанием услужить. — Фиксаторы артефакта не активны…

— О как… Стало быть, полюбовно договориться хочет. Умно, — промурлыкал себе под нос Георгий Дмитриевич. — И приятно, не скрою. Ладно, поторгуемся… в его стиле. Ха-ха…

Старик поднялся с кресла, подхватил прислоненную к нему трость и, оглядевшись, направился к выходу из операторской, куда его позвал очкастый наблюдатель, когда младшие Громовы сцепились на полигоне. Но, на полпути, Громов вдруг остановился и, демонстративно хлопнув себя рукой по лбу, обернулся к начальнику охраны, сверлящему своего подчиненного недовольным взглядом.

— Забыл. Вова, ты бы сделал своим мальчикам внушение. Негоже лезть в разговоры старших… без приглашения, — если от взгляда начальника, наблюдатель был готов забраться под стол, то слова хозяина поместья вогнали его в полный ступор.

— Обязательно, Георгий Дмитриевич. Не сомневайтесь, — кивнул начальник службы безопасности.

— Вот и замечательно. Ну, не буду мешать. У меня еще дела-дела… вон, с младшеньким торговаться пойду. Ох, чую, разденет меня Кирюша, без портянок оставит. Такой ушлый мальчонка оказался. И в кого только удался? — Исчезая в огненной вспышке, продолжал бормотать Громов.

* * *

Старый пердун… Слов нет. Он-таки, меня дожал. И ведь, всё с улыбочками-ухмылочками, и под ревущим на грани Огненного шторма, Эфиром. Добренький дедушка оценил старания внука, называется. Ну, кто ж знал, что он примет мой прокол, как предложение к переговорам? И, ведь сговорились же… всё-таки. Но, чёрт, как же мне это не нравится! Да и договор этот… уж чего лукавить-то перед самим собой? Иначе, как ультиматумом его не назовешь. Удовлетворил дедушка мое желание, объяснил суть отличия эмансипации от изгнания. Кратко, емко и доходчиво…

С другой стороны, перспектива быть изгнанным, или эмансипироваться с боем, который старик наверняка бы мне устроил просто за то, что поставил его перед фактом, не пытаясь договориться, выглядит не так уж радужно. Нервов, такой выход из рода забрал бы у меня немало. Да и времени тоже. А сейчас…

Хм, поменял шило на мыло, называется. Нет, теперь, препятствий с его стороны не будет, зато добавится головной боли от девчонок и… деньги. Родительские активы, будут недоступны еще о-очень долго, даже не смотря на предстоящие события. Срок управления оговорен строго. До восемнадцати. А расходы предстоят немалые, даже за вычетом предложенных дедом сумм. Значит, надо искать подработку… учитывая мой возраст и предстоящую занятость в гимназии, задача непростая…

Да-да, добрый дедушка обрадовал перспективой моего грядущего перевода в гимназию, где сейчас, как раз, учатся сестрички… Ар-р… Мой личный детский сад. Вот, кстати, интересно. А в этой самой гимназии они ведут себя так же, как дома? Или, это только мне такое безудержное счастье привалило?

Ладно. Буду разбираться с проблемами, по порядку. И начну, пожалуй, с самой главной…

Покинув кабинет деда, где мы добрых два часа торговались по условиям получения мною столь желанной свободы, я добрался до своей комнаты и, не обнаружив сестер ни в коридоре около двери, ни в самом помещении, пожав плечами, взялся за браслет. Но, не успел я залезть в настройки этого чуда артефакторики, чтобы избавиться от слежения со стороны системы наблюдения СБ, как браслет вздрогнул и тихо тирлинькнул, оповещая о пришедшем на мой почтовый ящик письме… от Владимира Александровича.

14